Неточные совпадения
С семьей Панфила Харликова
Приехал и мосье Трике,
Остряк, недавно из Тамбова,
В очках и в рыжем парике.
Как истинный француз, в
карманеТрике привез куплет Татьяне
На голос, знаемый детьми:
Réveillez-vous, belle endormie.
Меж ветхих песен альманаха
Был напечатан сей куплет;
Трике, догадливый поэт,
Его на свет явил из праха,
И смело вместо belle Nina
Поставил belle Tatiana.
Накушавшись чаю, он уселся перед столом, велел подать себе свечу, вынул из
кармана афишу, поднес ее к свече и стал читать, прищуря немного правый глаз.
Чичиков, вынув из
кармана бумажку, положил ее перед Иваном Антоновичем, которую тот совершенно не заметил и накрыл тотчас ее книгою. Чичиков хотел было указать ему ее, но Иван Антонович движением головы дал знать, что не нужно показывать.
— А что, вы уж собираетесь ехать? — сказал он, заметив небольшое движение, которое сделал Чичиков для того только, чтобы достать из
кармана платок.
— К вам у меня есть письмецо, — сказал Чичиков, вынув из
кармана письмо Плюшкина.
В то время, когда один пускал кудреватыми облаками трубочный дым, другой, не куря трубки, придумывал, однако же, соответствовавшее тому занятие: вынимал, например, из
кармана серебряную с чернью табакерку и, утвердив ее между двух пальцев левой руки, оборачивал ее быстро пальцем правой, в подобье того как земная сфера обращается около своей оси, или же просто барабанил по табакерке пальцами, насвистывая какое-нибудь ни то ни се.
— А ведь будь только двадцать рублей в
кармане, — продолжал Ноздрев, — именно не больше как двадцать, я отыграл бы всё, то есть кроме того, что отыграл бы, вот как честный человек, тридцать тысяч сейчас положил бы в бумажник.
И вот, вынувши из
кармана табакерку, ты потчеваешь дружелюбно каких-то двух инвалидов, набивающих на тебя колодки, и расспрашиваешь их, давно ли они в отставке и в какой войне бывали.
Спрятав ее в
карман, он заметил Плюшкину, что ему нужно будет для совершения крепости приехать в город.
Дело устроено было вот как: как только приходил проситель и засовывал руку в
карман, с тем чтобы вытащить оттуда известные рекомендательные письма за подписью князя Хованского, как выражаются у нас на Руси: «Нет, нет, — говорил он с улыбкой, удерживая его руки, — вы думаете, что я… нет, нет.
Губернаторша, сказав два-три слова, наконец отошла с дочерью в другой конец залы к другим гостям, а Чичиков все еще стоял неподвижно на одном и том же месте, как человек, который весело вышел на улицу, с тем чтобы прогуляться, с глазами, расположенными глядеть на все, и вдруг неподвижно остановился, вспомнив, что он позабыл что-то и уж тогда глупее ничего не может быть такого человека: вмиг беззаботное выражение слетает с лица его; он силится припомнить, что позабыл он, — не платок ли? но платок в
кармане; не деньги ли? но деньги тоже в
кармане, все, кажется, при нем, а между тем какой-то неведомый дух шепчет ему в уши, что он позабыл что-то.
— А, хорошо, хорошо, матушка. Послушай, зятек! заплати, пожалуйста. У меня нет ни копейки в
кармане.
— Да ведь соболезнование в
карман не положишь, — сказал Плюшкин. — Вот возле меня живет капитан; черт знает его, откуда взялся, говорит — родственник: «Дядюшка, дядюшка!» — и в руку целует, а как начнет соболезновать, вой такой подымет, что уши береги. С лица весь красный: пеннику, чай, насмерть придерживается. Верно, спустил денежки, служа в офицерах, или театральная актриса выманила, так вот он теперь и соболезнует!
А уж куды бывает метко все то, что вышло из глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племен, а всё сам-самородок, живой и бойкий русский ум, что не лезет за словом в
карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влепливает сразу, как пашпорт на вечную носку, и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы, — одной чертой обрисован ты с ног до головы!
Кулак вынул из-за пазухи пук засаленных ассигнаций. Костанжогло прехладнокровно взял их и, не считая, сунул в задний
карман своего сюртука.
— Пойди ты сладь с нею! в пот бросила, проклятая старуха!» Тут он, вынувши из
кармана платок, начал отирать пот, в самом деле выступивший на лбу.
Наконец и бричка была заложена, и два горячие калача, только что купленные, положены туда, и Селифан уже засунул кое-что для себя в
карман, бывший у кучерских козел, и сам герой наконец, при взмахивании картузом полового, стоявшего в том же демикотоновом сюртуке, при трактирных и чужих лакеях и кучерах, собравшихся позевать, как выезжает чужой барин, и при всяких других обстоятельствах, сопровождающих выезд, сел в экипаж, — и бричка, в которой ездят холостяки, которая так долго застоялась в городе и так, может быть, надоела читателю, наконец выехала из ворот гостиницы.
Чичиков хотел было лезть в
карман, но почувствовал, <что> поясницу его приятно окружает чья-то весьма деликатная рука, и уши его услышали...
Доктор вынул из
кармана серебряную монету и поднял ее кверху.
— Утверждаю, что нет предопределения, — сказал я, высыпая на стол десятка два червонцев — все, что было у меня в
кармане.
Одевшись совсем во все новое, он взглянул на деньги, лежавшие на столе, подумал и положил их в
карман.
Для чего же именно вы положили ей украдкой в
карман?
Запустив же руку в боковой
карман пальто, он мог и конец топорной ручки придерживать, чтоб она не болталась; а так как пальто было очень широкое, настоящий мешок, то и не могло быть приметно снаружи, что он что-то рукой, через
карман, придерживает.
Ба, пятак уцелел в
кармане, откуда?
— Вот, Настасья, возьми, пожалуйста, — сказал он, пошарив в
кармане (он так и спал одетый) и вытащив горсточку меди, — сходи и купи мне сайку. Да возьми в колбасной хоть колбасы немного, подешевле.
— Ключи она, стало быть, в правом
кармане носит…
Он взглянул: в правой руке у него отрезанные куски бахромы, носок и лоскутья вырванного
кармана. Так и спал с ними. Потом уже, размышляя об этом, вспоминал он, что и полупросыпаясь в жару, крепко-накрепко стискивал все это в руке и так опять засыпал.
— А! — закричала она в исступлении, — воротился! Колодник! Изверг!.. А где деньги? Что у тебя в
кармане, показывай! И платье не то! Где твое платье? где деньги? говори!..
Нимало не медля, он стал набивать ими
карманы панталон и пальто, не разбирая и не раскрывая свертков и футляров; но он не успел много набрать…
— Заклад принес, вот-с! — И он вынул из
кармана старые плоские серебряные часы. На оборотной дощечке их был изображен глобус. Цепочка была стальная.
Старуха полезла в
карман за ключами и пошла в другую комнату за занавески.
Но, однако, мне тотчас же пришел в голову опять еще вопрос: что Софья Семеновна, прежде чем заметит, пожалуй, чего доброго, потеряет деньги; вот почему я решился пойти сюда, вызвать ее и уведомить, что ей положили в
карман сто рублей.
Он бросился в угол, запустил руку под обои и стал вытаскивать вещи и нагружать ими
карманы. Всего оказалось восемь штук: две маленькие коробки, с серьгами или с чем-то в этом роде, — он хорошенько не посмотрел; потом четыре небольшие сафьянные футляра. Одна цепочка была просто завернута в газетную бумагу. Еще что-то в газетной бумаге, кажется орден…
— То есть вы этим выражаете, что я хлопочу в свой
карман. Не беспокойтесь, Родион Романович, если б я хлопотал в свою выгоду, то не стал бы так прямо высказываться, не дурак же ведь я совсем. На этот счет открою вам одну психологическую странность. Давеча я, оправдывая свою любовь к Авдотье Романовне, говорил, что был сам жертвой. Ну так знайте же, что никакой я теперь любви не ощущаю, н-никакой, так что мне самому даже странно это, потому что я ведь действительно нечто ощущал…
Я только не захотел проходить мимо голодной матери, зажимая в
кармане свой рубль, в ожидании „всеобщего счастия“.
Можете представить, как я стал следить, — ну и увидел, как удалось вам всунуть ей в
карман.
А это что? — и от вытащил из
кармана старый, закорузлый, весь облепленный засохшею грязью дырявый сапог Раскольникова, — я с запасом ходил, мне и восстановили по этому чудищу настоящий размер.
Четыре пересчитал, а пятую принял не считая, на веру, чтобы только в
карман да убежать поскорее.
Куда девать этот носок, бахрому,
карман?»
— Послушайте, — сказал Раскольников, — вот (он пошарил в
кармане и вытащил двадцать копеек; нашлись), вот, возьмите извозчика и велите ему доставить по адресу. Только бы адрес-то нам узнать!
Нащупав в
кармане револьвер, он вынул его и поправил капсюль; потом сел, вынул из
кармана записную книжку и на заглавном, самом заметном листке написал крупно несколько строк.
Он поклал все в разные
карманы, в пальто и в оставшийся правый
карман панталон, стараясь, чтоб было неприметнее. Кошелек тоже взял заодно с вещами. Затем вышел из комнаты, на этот раз даже оставив ее совсем настежь.
А как дело ведет? — берет десяти-двадцатирублевые вещи, набивает ими
карман, роется в бабьей укладке, в тряпье, — а в комоде, в верхнем ящике, в шкатулке, одних чистых денег на полторы тысячи нашли, кроме билетов!
Он бросился стремглав на топор (это был топор) и вытащил его из-под лавки, где он лежал между двумя поленами; тут же, не выходя, прикрепил его к петле, обе руки засунул в
карманы и вышел из дворницкой; никто не заметил!
«Двадцать городовому, три Настасье за письмо… — значит, Мармеладовым дал вчера копеек сорок семь али пятьдесят», — подумал он, для чего-то рассчитывая, но скоро забыл даже, для чего и деньги вытащил из
кармана.
— Вот Раскольников! — промямлил Зосимов, кивнув на больного, затем зевнул, причем как-то необыкновенно много раскрыл свой рот и необыкновенно долго держал его в таком положении. Потом медленно потащился в свой жилетный
карман, вынул огромнейшие выпуклые глухие золотые часы, раскрыл, посмотрел и так же медленно и лениво потащился опять их укладывать.
Никто не решится вас обвинить в умысле или в соглашении, тем паче что вы же и обнаружили, выворотив
карман: стало быть, ничего не предполагали.
Вдруг он вспомнил, что кошелек и вещи, которые он вытащил у старухи из сундука, все до сих пор у него по
карманам лежат!
Ну и решил, что вам действительно передо мной совестно такие куши давать и, кроме того, может быть, подумал я, он хочет ей сюрприз сделать, удивить ее, когда она найдет у себя в
кармане целых сто рублей.